Швейцарский парламент вошел в горячую фазу дебатов о крайне проблематичных соглашениях с ЕС. Одно из наиболее точных выступлений в Совете кантонов во время дебатов по так называемым Bilaterale III принадлежало представителю кантона Вале – Беату Ридеру. Он выступил против «пакета договоров»: из-за динамического принятия будущего права из Брюсселя статус Швейцарии, по сути, станет хуже колонии. (Портал «Швейцария Деловая»)
Кто подписывает договор-чёрный ящик?
Главный аргумент г-н Ридер сформулировал через простой пример из договорного права. Стал бы разумный человек подписывать договор, по которому он заранее соглашался бы с тем, что содержание договора в будущем и в одностороннем порядке будет изменяться другой стороной?
Ответ Ридера однозначен: такой договор следует отправить в мусорный ящик. Именно поэтому динамическое принятие права ЕС он назвал «конструктивным дефектом» Bilaterale III. Проблема заключается не только в тех нормах ЕС, которые Швейцария принимает сегодня, но и, прежде всего, в обязательствах в отношении законодательства, которого пока вообще не существует.
Нельзя защититься от закона, которого ещё нет
Ридер отдельно остановился на попытках смягчить последствия соглашений посредством внутреннего швейцарского законодательства.
Парламент разработал целый ряд бюрократических мер, которые должны усилить участие Федерального собрания при дальнейшем «развитии права ЕС». Например, предусматриваются дополнительные информационные и консультационные права парламентских комиссий и даже специальное присутствие парламентских служб в Брюсселе.
Но Ридер считает эти меры безполезными. Его аргумент предельно прост (и верен!): невозможно сегодня законодательно «иммунизировать» Швейцарию против норм, содержание которых станет известно лишь в будущем. Внутренние защитные механизмы могут регулировать процедуру принятия решения в Берне, но не дают Швейцарии права голоса при принятии самого нового законодательства ЕС.
«Колониальный договор»? Ридер считает это выражение слишком мягким
Особенно яркий пример Ридер привёл, отвечая на распространённое определение Bilaterale III как «колониального договора». Он с этим выражением не согласился — но совсем не потому, что счёл его преувеличением.
Наоборот. Ридер напомнил о правовом положении бывших британских колоний и заявил, что даже Соединённое Королевство не требовало от своих колоний механизма динамического принятия будущего британского законодательства, сопоставимого с тем, который готовит ЕС для Швейцарии.
Поэтому выражение «колониальный договор» Ридер назвал слишком мягким. Неприемлемой является ситуация, когда независимое государство договаривается о механизме подчинения будущим правовым актам другой политической системы, в законодательных органах которой оно не имеет права голоса. Подобного требования в отношении принятия своего права не предъявляет практически никто, кроме ЕС.
Г-н Ридер сопоставил пакет ЕС с соглашениями Швейцарии с Китаем, Индией и Меркосур. Проблема не в том, что торговый партнёр экономически сильнее, а в требовании заранее согласиться на перенятие его будущего законодательства. Только ЕС требует кабальной конструкции от более слабых партнёров; для торговли с другими государствами такое обязательство условием не является.
В подтверждение Ридер сослался на профессора Дэвида Коллинза, выступавшего в британской Палате лордов. Тот не нашёл за пределами договорной системы ЕС сопоставимых торговых соглашений. Наш сегодняшний герой привёл конкретные сравнения: ни между США (сильная сторона) и Канадой (слабая сторона), ни между Австралией (сильная сторона) и Новой Зеландией (слабая сторона) подобной модели нет.
Сегодняшние договоры — и завтрашнее неизвестное право
Именно временной аспект занимает центральное место в аргументации Ридера. Парламент может прочитать нынешние соглашения. Юристы могут проанализировать сегодняшние приложения и исключения. Федеральный совет может обещать определённые внутренние защитные механизмы.
Но никто в Берне сегодня не знает, какое законодательство ЕС будет принято через 5 или 10 лет. Поэтому, по мнению Ридера, вопрос следует ставить иначе: не «устраивает ли нас сегодняшнее право ЕС?», а «готовы ли мы сегодня согласиться на механизм принятия права, которое ещё даже не написано?»
И именно здесь он видит реальную угрозу швейцарской демократии. Ридер предупредил, что последствия такой системы проявятся не обязательно сразу, но способны накапливаться годами. Динамическая правовая интеграция со временем разрушит сами основы швейцарской демократии.
Сколько стоит суверенитет?
Сторонники пакета указывают, что обещаемые «стабильные отношения» с ЕС и «предсказуемые правила» якобы необходимы швейцарской экономике. Например, Бенедикт Вюрт возразил Ридеру, указав, что участие во внутреннем рынке неизбежно предполагает соблюдение общих правил, а Швейцария уже сегодня адаптирует право ЕС в отдельных областях.
Ридер пришёл к противоположному выводу. По его мнению, отказываться от суверенитета ради мизерного временного прироста экспорта не стоит. Слабый экономический аргумент не может компенсировать долгосрочное изменение фундамента швейцарской государственности, которые сделали нашу страну одной из самых успешных в мире.
ЕС принуждает к договору, который бы он сам не подписал
Другой аргумент г-н Ридер связал с доктриной Meroni: внутри ЕС ограничена передача полномочий, предполагающих самостоятельный политический выбор. Член Совета кантонов усматривает здесь очевидное противоречие: Брюссель защищает собственное распределение компетенций, но предлагает Швейцарии лишиться права принимать собственные законы.
Ридер признаёт формальную возможность отказа от новых норм, однако указывает на предусмотренные договором компенсационные меры (точнее было бы сказать «санкции»). Его вывод: сам ЕС не подписал бы аналогичный договор в положении Швейцарии, поскольку такая конструкция была бы недопустима в собственном правопорядке Евросоюза.
Свести выступления г-на Ридера, нашего сегодняшнего героя из Вале, можно к следующему: тот, кто жертвует свободой ради сиюминутных серебряников, теряет в конечном итоге и то, и другое!
